Диксон Гордон - Человек



Гордон Р.ДИКСОН
ЧЕЛОВЕК
У Властителя центрального мира Дунбара не было имени, да он в нем и
не нуждался. Его Величие и Красота не подчинялись канонам вкусов
человеческой расы. В конце-то концов, он никогда и не слышал о таких
существах, как люди.
День за днем сидел он на чем-то, что на языке людей означало бы трон,
и перед ним проходили представители разных рас, которые имели свои
собственные дела на этой планете. Властителю нравилось ощущать именно
таким образом пульс жизни, кишевшей вокруг него, и поэтому он разрешал им
находиться вокруг себя, хотя и не терпел, когда его лично вовлекали в эту
суетливую жизнь.
В один из дней, так похожих один на другой, он по какой-то непонятной
ему причине, зачем-то вспомнив время своей молодости, мысленно представил
себя в городе, таком же большом как сама планета и остальные пять планет
Империи. Когда-то он был почти что никем в этом огромном враждебном мире,
и сейчас что-то похожее на интерес к этому миру возникло у него в голове.
Да, этой Вселенной управлял никто иной как Он. Нет, слово "управлял" почти
что ничего не говорило. Может быть, лучше было бы сказать "владел"? Владел
именно так, как владеют кольцом с драгоценным камнем, носящим на мизинце.
По едва уловимому мановения именно этого мизинца высокий мужчина той
же расы, что и он, отделился от своего места за троном. Губы на зеленом и
невыразительном лице Властителя слегка шевельнулись и в тронном зале
раздался едва уловимый шепот:
- Время непрерывно течет. И ничто ни вечно под этим солнцем. Хотя...
может быть, есть что-то новое?
- Господин! - прошептал камергер ему на ухо. - С тех пор, как вы
спрашивали в последний раз, ничего нового не произошло в подвластных Вам
мирах. Если не считать того, что в тронный город прибыло существо
неизвестной доселе расы. Оно не принесло жертву перед святилищем Пурпура,
но во всем остальном оно вело себя подобающим образом.
- Является ли отказ принести жертву чем-то новым? - вновь пронесся по
залу легкий шелест вопроса.
- Нет, господин, просто ничего не значащий проступок, - осмелился
высказать свое мнение камергер. - Много поколений прошло с тех пор, как
Святилище Пурпура стало лишь символом истинного почитания.
Жертвоприношение считается общепринятым обрядом только в нашем космопорту.
Чужаки почти всегда забывают зажечь огонек лампады на кубе перед Пурпуром.
Властитель долго молчал.
- Как наказывается этот проступок? - в пронесшемся шелесте вопроса
почудилось что-то новое.
- Согласно древнему закону такой проступок карается смертью, -
ответил камергер. - Но вот уже сотни лет, как смерть заменена небольшим
штрафом.
Властитель вновь надолго замолчал.
- Древние обычаи ценны по-своему, - изрек он наконец. - Обычно, если
их вновь вспоминают, они уже кажутся новыми. Пусть древнее наказание вновь
вступит в силу!
Властитель шевельнул мизинцем и камергер отошел на свое место.
Прошло довольно много времени, когда Властитель внезапно шевельнулся
и повернул голову, чтобы окинуть взглядом свое собственное изображение в
зеркале. Он увидел создание, сидевшее на высоком резном троне. Из
воротника какого-то немыслимо сверкающего одеяния, выдавалась тонкая шея с
вытянутой головой с мелкими чертами лица, безгубая щель едва различимого
рта, небольшой выступ носа и совершенно лысый зеленоватый череп. Только
золотые глаза были огромными и прекрасными. Но ни в этих удивительных
глазах, ни тем более на лице, не было никакого выражения. Этому существу,
который смотрел из зерка