Диксон Хелен - В Ожидании Чуда



Дебора ДИКСОН
В ОЖИДАНИИ ЧУДА
От него исходило чувство опасности, какого Джессике никогда прежде не доводилось испытывать, а его безжалостные голубые глаза смотрели, казалось, прямо в ее душу.
Джессика снова и снова повторяла упрямому детективу, что у нее нет ответов на интересующие его вопросы, но Салли Кинкейд не верил ей. Эта женщина вызывала у него подозрения, но он не мог сосредоточиться на деле, потому что с первого же взгляда она возбуждала в нем страстное желание...
Пролог
Она боролась со сном, сидя в кромешной тьме, и из последних сил цеплялась за слабую надежду — Ощущение времени исчезло много дней назад. Хорошо хоть, что она все еще могла отличить день от ночи. Ночь была другой, более холодной.
Он приходил именно ночью. Всегда повторялось одно и то же. Он открывал дверь, направлял на нее луч фонаря и швырял ей сандвич в бумажном мешочке и пакет молока или сока. Затем захлопывал дверь и оставлял ее одну во тьме тесного сырого подвала.

И все без единого слова.
За исключением того дня, когда он...
Автоматически отключив память, она поняла, что весь кошмар навсегда разделился для нее не на дни и ночи, а на время до того, как он убил Дженни, и на время после того, как он убил Дженни. Ее он тоже убьет. Может быть, не сегодня, но скоро. Никто ее не спасет.

Никто не придет за ней. Она и не ждала никого. Теперь, когда Дженни не стало, она осталась совсем одна.
Дрожа от холода и страха, чувствуя себя совершенно одинокой, она лежала на голом матраце, от которого пахло плесенью и еще чем-то худшим, она затруднялась определить, чем именно. Неожиданно накатилась тревога, она села и отвернула край матраца.

У нее вырвался слабый вздох облегчения, когда, проведя осторожно рукой, она в сотый раз удостоверилась, что это все еще здесь. Значит, это не приснилось ей.
Длинный осколок стекла, острый, как кинжал со смертоносным концом. Она нашла его в углу, куда он, должно быть, отскочил, когда кто-то выставил окно и заложил отверстие кирпичом.

Кончиками пальцев она легонько провела по гладкому стеклу, вспоминая, как он лежал полузасыпанный мусором, — сокровище, ждущее, чтобы его на шли. Именно тогда у нее возникла эта идея, именно тогда она решила попытаться.
Снаружи послышался слабый рокот мотора. Борясь со внезапно подступившей тошнотой, она схватилась за живот. С каждым гулким ударом сердца тошнота распространялась по всему телу.

Когда ужас готов был перевесить ее решимость, она заставила себя схватить длинный, острый осколок стекла. Ей надо быть готовой к его приходу. Возможно, другого шанса у нее не будет.
Охваченная ужасом, она подошла к шаткой деревянной лестнице и стала подниматься. Раз, два, три, четыре...
Сколько раз она пересчитывала эти ступени, осторожно шагая по ним в темноте. Ей надо было хорошо ориентироваться, чтобы осуществить свой план. Она тренировалась часами, но без осколка. Он бьи слишком большой драгоценностью, чтобы рисковать им.

Даже сейчас она больше боялась разбить свое единственное оружие, чем того, что ей предстояло сделать.
Как можно осторожнее она забралась на перила, выбрав место у самых дверных петель. И неуклюже балансировала на четвереньках, не в состоянии подняться на ноги. Волнение лишало ее чувства равновесия.

Поскольку ей никак не удавалось унять дрожь, она запаниковала, на нее словно напал столбняк, казалось, что ужас парализовал ее.
Ей необходимо встать. Руки должны быть свободными. Дверь должна открыться до конца, не коснувшись ее.

Иначе он поймет, что она задумала, и опередит ее. Зажмурившис