Додд Кристина - Рыцарь Надежды



love_history Кристина Додд Рыцарь надежды Его сила под стать ее гордыне. Сражение неминуемо. Не за власть и корону — за любовь!

Такой рыцарь, как Хью де Флоризон, не уступит слабой женщине, но прекрасная леди Эдлин до конца будет отстаивать свои понятия о чести и достоинстве. Им придется пережить многое, пока они не поймут, что нет ничего важнее их любви. Рыцарь, о котором можно только мечтать, и слишком гордая леди еще одержат свою победу — в объятиях друг друга.
ru en Л. Е. Патаки И. К. Веркина Black Jack FB Tools 2006-04-02 OCR: Angelbooks 97C02B03-82F8-43DE-B76C-8318D2A50455 1.0 Рыцарь надежды Эксмо-Пресс М. 1998 5-04-001394-9 Christina Dodd A Knight To Remember Кристина ДОДД
РЫЦАРЬ НАДЕЖДЫ
1.
Англия
Уэссекс, весна 1265 года
Эдлин спокойно подошла к небольшому зданию, где обычно готовила настои из трав и другие лекарственные средства, достала ключ и уже собралась отпирать, как вдруг дверь скрипнула и приоткрылась. Эдлин застыла в замешательстве, потом, вглядевшись, поняла, что замок весь покорежен да и дверная коробка изрядно побита.

Странно, что она не заметила этого раньше, но было еще темно, заря только занималась. Да и думала Эдлин перед этим совсем о других вещах.
Но дверь взломана — значит, в дом кто-то проник.
Она резко отпрянула, напугавшись до смерти. После недавнего сражениям больнице монастыря находилось множество мужчин — раненых, перепуганных, отчаявшихся. И то и дело прибывали новые, нуждающиеся в помощи.

И от них ото всех лучше было держаться подальше.
Уже готовая броситься назад, по дорожке сада, туда, где можно было надеяться на защиту, Эдлин услышала за дверью слабые стоны. Тот, кто проник в дом, никуда не ушел, а все еще находился там, и, судя по всему, был ранен. Эдлин, стоя спиной к двери, медлила в нерешительности, хотя и понимала, что лучше всего бежать в монастырскую больницу за помощью.
Она еще не успела принять решения, как вдруг кто-то схватил ее за горло и рывком прижал к себе. В нос Эдлин ударил запах мужского пота. Она начала неистово отбиваться, но тут же почувствовала прикосновение острого стального клинка к своей щеке.

Она замерла, затаив дыхание.
— Не вздумай орать, не то располосую тебе глотку от уха до уха!
Это было сказано на французском, общепринятом в среде английской аристократии [1]. Но говоривший, безусловно, к ней не принадлежал. Простонародный выговор и прочие нелепости, которые в другой ситуации могли бы быть смешными, сделали его речь малопонятной.

Тем не менее Эдлин отлично помяла его угрозу благодаря абсолютно недвусмысленным действиям с его стороны.
— Успокойся, я не стану звать на помощь, — проговорила она тихо, умиротворяющим тоном, твердо усвоенным за многие дни и ночи, проведенные среди раненых, убогих и прочих несчастных мира сего.
Напавший на нее вовсе не собирался успокаиваться, наоборот, он еще сильнее сдавил горло Эдлин и даже приподнял ее. Пришлось встать на цыпочки, чтобы не задохнуться.
— Ради своей шкуры всякий соврет — не дорого возьмет. — Он слегка тряхнул ее, потом несколько ослабил хватку. — Но если ты не дура, то не выдашь меня.
Глотнув воздуха, Эдлин беспомощно оглядела обнесенные стеной сад и хранилище. Ах, если бы сюда зашла какая-нибудь монахиня! Даже ближайшая помощница настоятельницы, зловредная леди Бланш, была бы кстати. Но сейчас, на рассвете, все монахини еще на заутрене; потом они будут разговляться и лишь после этого начнут расходиться, чтобы совершать ежедневное послушание в трапезной, больнице и садах — везде, где требуется приложить рук